Выношу на ваш суд начало)))

Ветви деревьев тяжело раскачивались над моей головой. Серое, унылое небо грозило ливнем. Ноябрь был безжалостен в этом году. Под ногами хлюпала грязь. Ботинки насквозь были сырыми. Адский холод пронизывал всё тело. В такое время года здесь нужно было сидеть дома с чашкой чая, под теплым пледом. Но никто не предложит мне горячего шоколада. Да и пледом здесь не разживешься.

 Еще поворот. Тут дорога пойдет через поле, а ближе к лесу — повернет. Затем еще раз. И покажется дом. Он будет серый, старый, покосившийся и холодный… Не думала, что когда-нибудь сюда вернусь. Чувство тошноты и горечи подкатывало к горлу, и что-то на редкость тяжелое будто приковывало меня к месту. Вот он, последний поворот. Дальше не хотелось идти. Несмотря на погоду, я бы предпочла остаться снаружи и не показываться на глаза обитателям дома. Но я не могу повернуть назад. Мне некуда. Где-то в самой глубине души закрался маленький и хрупкий кусочек обманчивой надежды.

Стук в дверь. Тишина… Нет, дома точно кто-то есть. Нужно подождать. Смиренно оглядываю двор. Но ни забора, ни какой другой границы участка нет. Оно и понятно – соседей здесь нет. С одной стороны – поле, старое и неплодородное, с другой – облезлый лес. Перед домом куча всякого хлама – какие-то жестянки, ржавый мотор от трактора, выцветший, дырявый диван. Диваном даже, скорее всего, пользовались в качестве лавочки. Все было грязное и сырое. Возле надломанного дерева валялась прогнившая тарзанка. Ржавые листы железа были прислонены к стенке прямо рядом с дверью. Сам же дверной косяк был покрыт старой паутиной. Какой-то тяжелый запах гнили был в воздухе. Я обреченно вздохнула. Еще стук. Нет, конечно же условия нельзя назвать неприспособленными для жилья. Но я привыкла к другому. Нет смысла жалеть о прошлой жизни. Её нет. И человека, подарившего мне ту жизнь, в чистоте, порядке и любви, тоже больше нет…

В самом сердце дома послышался глухой топот босых ног. Дверь заскрипела… На меня уставились пара черных глаз на бледно-сером лице. Растянутая, выцветшая, и явно с чужого мужицкого плеча, футболка висела на костлявых плечиках мальчика.

— Артур? Я… привет…

— А, приехала наконец. Не стой там. Не видишь разве – дует.

Сиплый и грубый голос отца из-за двери напугал меня. Я решила не копаться. Войдя внутрь, я еще раз посмотрела на брата. Черные, безучастные глаза безразлично разглядывали меня. Его худенькие ручки были все в царапинах и синяках. На высокой скуле ребенка была ссадина. Губы мальчика были полные, но слишком бледные. На вид ему было лет двенадцать. Раньше мне никогда не приходилось видеть Артура. Когда я в последний раз приезжала сюда лет шесть назад, его здесь не было. Вторая жена отца тоже не выдержала его несносный характер и ушла. Пять лет назад она умерла от рака. Бедный мальчик…

— Это всё?

-Что?..

— Это все твои шмотки?

— Да. Все.

— Твоя комната наверху. Знаешь, детскую пришлось отдать этому оболтусу.

Артур получил крепкую оплеуху.

— Добро пожаловать домой. Отнеси ее вещи, слышишь?.. А ты помоги ему.

Похоже, семейного ужина не будет. Отец повернулся, поковырял в ухе, оценил содержимое и направился в гостиную. Рядом со мной завозился брат.

— Оставь, я сама. Слышишь? Правда…

Он лишь повел плечом. Однако мне удалось отобрать у него самую тяжелую сумку. Когда мы поднимались по лестнице, он покачивался на каждой ступеньке, и у меня сложилось впечатление, что если бы вдруг подул  ветер, он унес бы мальчика в страну Оз. Какое-то щемящее чувство материнской жалости проснулось у меня к брату. На верху пахло сыростью и старыми досками.

На втором этаже насквозь прогнившего дома сквозняков было еще больше. От этого периодически стены выли. Да мне и самой хотелось выть и плакать. И спать. И есть. Артур кинул сумку посреди маленькой и пыльной комнаты. Ему тоже хотелось есть. И, похоже, уже несколько дней. В комнате предусмотрительно была поставлена кровать. Ручки кровати были ржавыми. Я их узнала – это была моя детская кроватка. Тот же матрас, те же узоры на изголовье…  Я не заметила, как брат вышел. Он понимал, он знал, чего мне сейчас хочется больше всего… Я упала на кровать и зарылась в воспоминаниях. Хотелось заплакать, но никак не получалось. Всё внутри было будто исцарапано. Я уснула.

Обсудить у себя 1
Комментарии (2)

Слушай, мне нравится. Продолжение будет? Хотелось бы ещё и аннотацию конечно, но это не принципиально

Будет-будет)))
Аннотация… Не умею я их писать, поэтому кратко — книга о домашнем насилии. Девушка с братом сталкиваются с неоправданной жестокостью родного отца. Не имея никакой помощи или поддержки со стороны… Как-то так))

 

Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети:

Аэша
Аэша
Была на сайте никогда
24 года (15.03.1994)
Читателей: 8 Опыт: 0 Карма: 1
Я в клубах
Любители книг Пользователь клуба
Красота Пользователь клуба
Секреты Блоговеда Пользователь клуба
Женский журнал Пользователь клуба
все 5 Мои друзья